Психоанализ и научные методы

Бессознательное познание

0

Психоанализ — это больше чем терапия. Это теория личности. Действительно ли теория личности лучше, чем терапия, если подвергнуть ее объективной оценке научным методом? Сегодня большинство психологов ответят на этот вопрос «нет». Главная трудность заключается в том, что понятия Фрейда не описаны достаточно точно для того, чтобы привести ученых к окончательному решению. Для Фрейда психоаналитический метод разговора с отдельным пациентом предоставлял достаточное количество данных, чтобы проверить его теорию. Он не был заинтересован в независимой научной оценке. Многие аналитики, несмотря на трудности, все еще принимают клинические наблюдения как доказательства (Arlow, 1977; Jaffe, 1990; Meissner, 1990; Rubinstein, 1980; E. R. Wallace, 1989). Другие, однако, проводят эмпирические исследования (например, Beliak, 1993). Призыв к более систематическим исследованиям, подкрепляющим клинические наблюдения, был услышан не только критиками психоанализа, но и самими психоаналитиками (например, Grunbaum, 1984, 1990; Holzman, 1985,1994; Rapaport, 1959b).

Главная трудность заключается в том, что понятия Фрейда не описаны достаточно точно для того, чтобы привести ученых к окончательному решению

Как и терапевты, психоаналитики слушают интуитивно, готовясь синтезировать уже разработанные ключи к разгадке в картине личности клиента. Однако наука не допускает подобных свободно определяемых методов. Наука требует верификации. То есть наука предсказывает, что наблюдения подтвердят не только ее гипотезы, но и то, что не может быть подтверждено. Напротив, терапевт интуитивно может объяснить любое наблюдение. Например, и оптимизм, и пессимизм могут быть интерпретированы как доказательства орального характера личности. Даже нечто среднее между этими двумя противоположностями будет диагностироваться, вероятно, как оральная фиксация, поскольку могут быть представлены обе крайности, но в равных пропорциях. Подобная гибкая теория не может быть подтверждена и потому не является наукой. Взамен критики описывают психоанализ как миф или псевдонауку. Роберт Лэнге (Langs, 1993) описывает психоанализ как мифологию, которая узаконила лечение, опираясь на традиции «хилеров, шаманов и священнослужителей» (р. 559). Другие согласны с ним в том, что психоанализ строится на ненаучных мифических началах, но восхищаются связью с мифологией (например, Walsh, 1994). Тем не менее, согласно анализу Лэнгса (Langs, 1993), эта мифология поддерживает столь же негуманные, сколь и эффективные методы лечения, и психоаналитики обязаны проверять свои предположения как с научной, так и с этической точки зрения, чтобы избежать «произвольных, пристрастных и вредных» практик (р. 564). Он побуждает ученых обратить внимание на основные единицы эмоциональной коммуникации и бессознательные психические процессы, а не на другие такие замысловатые постулаты психоаналитической теории, как эдипов комплекс, эго и т. д.

Зигмунд Фрейд
Зигмунд Фрейд

Когда исследователи проверяли психоаналитические идеи во внетерапевтических условиях, возникали другие трудности. Большинство психологических тестов основаны на измерениях методик самоотчета, в которых люди отмечают то, что испытывают. Это, однако, приводит к некоторым проблемам, поскольку сама психоаналитическая теория основывается на предпосылке, что по мере развития собственной психодинамики у людей случаются инсайты. Проективные тесты, например тест Роршаха (Pichot, 1984), обычно использующийся для измерения бессознательных побуждений, имеет низкую надежность, препятствующую исследованию. Несмотря на это, некоторые поразительные результаты отмечены именно при использовании теста Роршаха. В одном исследовании протоколы врачей медицинской школы Роршаха, впоследствии совершивших самоубийство или умерших от рака, отличались друг от друга (С. В. Thomas, 1988). В другом случае тесты Роршаха на женщинах, убивших насиловавших их мужей, были похожи на тесты ветеранов войны, страдающих от посттравматических стрессовых расстройств (Kaser-Boyd, 1993). Тесты Роршаха также отмечают изменения и в процессе психотерапии, так как баллы пациента указывают на увеличение приспособленности с течением какого-то времени и значительные улучшения при длительной, а не кратковременной терапии (Exner & Andronikof-Sanglade, 1992; Weiner & Exner, 1991).

Хотя эмпирическая проверка теории Фрейда менее систематична, чем хотелось бы исследователям, многие подобные тесты были проведены. Судя по обзорам подобной литературы, некоторые аспекты теории «питаются» подобными исследованиями, в то время как другие отвергаются (Greenberg & Fisher, 1978). Сеймур Фишер и Роджер Гринберг (Greenberg & Fisher, 1977) нашли подтверждение понятию орального характера. Зависимость, пассивность и пессимизм, черты «оральной» личности в значительной степени коррелировали между собой в нескольких исследованиях. Кроме того, оральные образы в тесте Роршаха предсказывали ожирение, алкоголизм и конформизм (ср. Bornstein, 1992). Фишер и Гринберг также пришли к выводу, что исследованием подтверждается и понятие анального характера. Однако существование личностных черт, соответствующих фрейдовским оральному и анальному характерам, не устанавливает того, что эти типы развиваются в раннем детстве, согласно описанным Фрейдом процессам.

Эксперименты Силвермана

Ллойд Силверман (Silverman, 1976, 1983) провел серию исследований, в которых предлагал экспериментальное тестирование бессознательного. Назвав свой метод подпороговой психодинамической активацией, Силверман представлял стимулы па тахистоскопе, который по сути является диапроектором. Это устройство позволяет представлять стимулы очень коротко (4 миллисекунды). Субъекты отмечали, что они могут видеть только короткое мерцание света. Они не могут сознательно определить подпороговые сообщения, но тем не менее подпадают под их влияние. Шизофреникам предъявлялся вызывающий конфликт стимул «Я теряю мамочку», усиливающий психотические симптомы. Эта реакция предсказана теорией Фрейда, поскольку у шизофреника появляется галлюцинация (как примитивный защитный механизм эго у младенца), что он имеет дело с конфликтами, которые возникают при потере матери — объекта обнаружения на оральной стадии. Когда тахистоскоп Силвермана передавал сообщение «Мамочка и я — одно целое», психотические симптомы уменьшались, возможно, потому, что конфликт бессознательно угасал. Как мы ожидали, последовательное исследование Силвермана сосредоточилось на благоприятном «Мамочка и я — одно», а не на усиливающем конфликт стимуле. Работа Силвермана, проводившаяся позже, проверяла ключ «Мамочка и я — одно» в разнообразной обстановке. Он отмечал, что это дает благоприятные эффекты при уменьшении фобий (Silverman, Frank & Dachinger, 1974), уменьшении гомосексуальной угрозы (Silverman, Kwawer, Wolitzky & Coron, 1973) и облегчение при потере веса у страдающих ожирением женщин (Silverman, Martin, Ungaro & Mendelsohn, 1978).

Ллойд Силверман (Silverman, 1976, 1983) провел серию исследований, в которых предлагал экспериментальное тестирование бессознательного

Используя другие ключи с другими пациентами, Силверман утверждал, что бессознательная активация определенного конфликта, идентифицированного психоаналитической теорией как связанного с диагнозом (например, оральный конфликт — шизофрения и анальный конфликт — заикание), может привести к увеличению или уменьшению симптомов (Silverman, Bronstein & Mendelsohn, 1976). Среди женщин с пищевыми расстройствами подпороговое пробуждение отрицаемого конфликта привело к увеличению числа съеденных крекеров в соответствующем задании (Patton, 1992). Соответствующий стимул («Папа, бьющий сына, прав») был даже отмечен как улучшающий результаты метания дротиков на соревнованиях среди мужчин в колледже (Silverman et al., 1978). Если стимулы представляются более длительно, так что могут быть осознаны, то они никак не воздействуют на симптомы; изменения продуцирует только бессознательная динамика.

Исследователи не смогли повторить открытий Силвермана, что наталкивает на некоторые размышления (например, Malik, Krasney, Aidworth & Ladd, 1996). Возможно, в методах Силвермана есть недостатки, которые, по мнению критиков, могли бы объяснить его открытия, требующие дополнительных повторений (Balay & Shevrinm 1988; Brody, 1987; Fudin, 1986). Другие критики настроены более положительно (Hardaway, 1990; Weinberger, 1986; Weinberger & Hardaway, 1990). В одном из систематических статистических обзоров исследований, использующих технику подпороговой активации, пришли к выводу, что она эффективна для уменьшения патологии и что повторения ее другими исследователями, не связанными с лабораторией Силвермана, также подтверждают ее воздействие (Hardaway, 1990). Так что хотя воздействие подпороговой психодинамической активации представляется загадкой, данные исследований не позволяют просто отмахнуться от него. Как она работает — неясно. Одно из предположений заключается в том, что стимулы воздействуют потому, что дают позитивный настрой, который, в свою очередь, приводит к разнообразным благоприятным результатам (Sohlberg, Billinghurst & Nylen, 1998). Похожие фразы («Мамочка и я одинаковы», «Мамочка и я — одно целое») не дают одинакового эффекта (Hardaway, 1990; Sohlberg, Billinghurst & Nylen, 1998), поэтому интерпретация «бессознательное возвращение к инфантильному симбиозу с матерью, до отделения» остается возможной, однако такой же непостижимой.

Работа Силвермана представляется наиболее основательной, но не единственной, когда исследователи пытаются экспериментально проверить гипотезы, вытекающие из психоаналитической теории. Проводилось множество экспериментальных исследований вытеснения, хотя часто они неточно соответствовали концепции Фрейда (Geiser, 1985). Другие подходы, обзор которых мы находим у Шульмана. (Shulman, 1990), включают гипнотическую индукцию бессознательных идей для проверки их воздействия на поведение (например, Reyher, 1962) и проверку ситуационных воздействий на ошибки «по Фрейду» (например, Motley, Baars, & Camden, 1983). Хотя другие критикуют психоаналитические понятия за чрезмерную неопределенность для эмпирической верификации, Шульман оптимистично настроен в том плане, что психоаналитическая теория может быть проверена контролируемыми экспериментальными исследованиями.

Бессознательное познание

Научный метод требует проверки теоретических пропозиций, и такие проверки проводились (см. выше). Кроме того, наука часто заменяет менее адекватные теории современными альтернативами. Современная теория когнитивного бессознательного предлагает заменить динамическое бессознательное Фрейда. Когнитивная альтернатива не выдвигает сомнительного предположения о психической энергии и о том, как можно согласовать ее с последними данными когнитивных исследований и теории.

Современная теория когнитивного бессознательного предлагает заменить динамическое бессознательное Фрейда

Фрейд предложил понятия бессознательного и вытеснения, чтобы объяснить, почему эмоциональные реакции его пациентов, очевидные из их поведения и психологических реакций, не сопровождаются соответствующим осознаванием их (Lang, 1994). Однако материал может быть бессознательным и по другим причинам, помимо вытеснения. Например, иногда он просто не попадает в центр внимания или недоступен сознательным мыслям из-за конкурирующих ассоциаций. Некоторые ученые последних лет исследовали бессознательное познание без предположения конфликта, описываемого динамической моделью Фрейда (Kihlstrom, 1985,1987,1990; Kihlstrom, Barnahardt & Tataryn, 1992;Natsoulas, 1994). Мы можем делать многое, не осознавая этого в подробностях, например печатать на машинке или танцевать (Bowers, 1985). Кроме того, пока мы сознательно уделяем внимание одному предмету, может быть представлена другая информация, не выходящая в сознание, но тем не менее воспринимаемая на некоем уровне. Подпороговое представление улыбающегося лица может быть причиной того, что субъект эксперимента сформирует более положительное отношение к людям (Krosnick, Betz, Jussim & Lynn, 1992). Даже при анестезии на людей можно влиять слуховыми стимулами. В одном исследовании отмечается, что запись терапевтических внушений, проигрываемая для пациентов во время полостных операций, уменьшает количество противоболевой медикаментозной терапии, требующейся после операции, даже в том случае, если пациент не может сознательно вспомнить запись (Casely-Rondi, Merikle & Bowers, 1994).

Психоанализ и научные методы

Когнитивная интерпретация такого бессознательного познания не требует сложного процесса вытеснения, или цензуры, основанного на тревожности, как предполагал Фрейд. Вместо психических процессов, свойственных сознанию (за исключением вытесненных, сохраняемых в бессознательном), многие современные теоретики предлагают совсем иное: психические процессы не осознаются, если не выходят в сознание при некоем дополнительном действии (Natsoulas, 1993), например сосредоточении внимания (Velmans, 1991). По одной модели осознание может происходить, когда информация из части мозга, где хранится неосознаваемое (занимающее большую его часть), оказывается снова представленной в области мозга, связанной с сознанием (Olds, 1992). В этой модели бессознательное внушение уже объяснимо. События, не достигающие сознания, могут активировать или усиливать работу нервной системы, связанную с определенными идеями, так что они легче активируются при последующих событиях и затем выходят в сознание (Greenwald, 1992).

Индивидуальные различия в защите также могут быть поняты без подключения модели психической энергии. Приведем пример с вытеснением. Эксперименты показали, что люди, классифицированные как имеющие вытеснение, поскольку письменные тесты указывают на устранение от угрожающих мыслей, особенно внимательны к эмоциональной информации, как приятной, так и неприятной. Когда позволяют обстоятельства, они сами отстраняются от эмоциональных событий (Mendolia, Moore & Tesser, 1996). Индивидуальные различия в реакциях на эмоции не требуют для объяснения модели психической энергии; они могут пониматься как различия в эмоциональной реактивности, возможно, продиктованной генетически обусловленной психологической моделью в сочетании с заученными способами поведения.

Исследование, таким образом, поддерживает идею о влиянии бессознательных процессов на поведение, хотя здесь понятие бессознательного обширнее, чем у Фрейда. Чем критиковать его за неправильность в отношении многих деталей личности и ее бессознательной основы, лучше осознанно оставить ему предложенные области, достойные исследования, и открыть двери последователям, тем, кого интересует бессознательное, но не удовлетворяет его описание Фрейдом. В конце концов, теории не всегда остаются неизменными. Если они проложат путь к улучшению теорий, разве этого недостаточно?

Подробнее о психоаналитической теории Фрейда в статье: «Психоанализ З. Фрейда. Основные положения теории».

Основные понятия и термины психоаналитической теории в статье: «Психоанализ кратко: основные понятия и положения».

Похожие статьи

Оставьте ответ